Возвращение на Землю. 21+
Однажды Георгий, пропитанный афганской пылью и в ноль уставший (сути в дороге), зашёл в ресторан в Ташкенте. Взгляд его был светел, алмазная поступь тверда. "Исполать тебе, матушка, — обратился он к официантке. - С Кундуза мы, пришли на сало харамное посмотреть. Бывает ли оно вообще, или врут неверные, дабы наш исламский эмират в сомнение ввести и ввергнуть в объятия Иблиса?". Официантка открыла рот и не могла ничего сказать. Друг вежливо отстранил Георгия и шепнул официантке: - Срочно водки. Человек 14 дней в Афганистане жил.
На лице официантки отобразился неподдельный ужас. Она молнией метнулась из зала. Через минуту на столе со стуком встала запотевшая бутылка. "Я водку не люблю" - слабо сказал Георгий. - "И вообще, в нашем исламском эмирате это запрещено". "Бля, - повернулся друг к официантке. - Наши дела плохи. Давай-ка вторую бутылку, с одной не управимся. Неси сало, селёдку и чёрный хлеб. У человека приступ афганистанства, будем лечить. Солёности сюда. И копчёную баранину на углях. Мозговые кости. Быстрее, иначе потеряем его". Он разлил водку по стопкам. "Не надо" - промямлил Георгий. - Я через две границы ехал по жаре, устал, как собака". "Надо", — участливо произнёс друг.
После ста грамм мир вокруг Георгия странно изменился. Играла запрещённая музыка. Вокруг смеялись бесстыжие женщины в коротких юбках, без хиджабов и с голыми плечами. Подавали свинину и водку. Георгий зажмурился и закусил ароматным, нежным салом с чуть обтаявшими краями и облизнул губы, осквернённые гяурским лакомством. Талибы смотрели на Георгия из Афганистана и ужасались его блядству. Ещё вчера он пил с ними чай и ел лепёшки, а теперь пал в пропасть Иблиса и вёл себя как охуевшее чудовище. Друг вздохнул и налил по третьей.
Копчёная баранина на углях явилась пищей богов. Мозговые кости были сочными. Сало пряным и божественным. Водка — ледяной. Талибы отступили и исчезли во тьме, утомлённые разложением Георгия, не продержавшегося после Афганистана и полдня, чтобы не впасть в грех. Георгий, уевшийся, как слон, приехал в гостиницу. Как зашёл в номер, он уже не помнит, ибо его ужаснейше рубило спать: спал 4 часа за 2 дня и съел две яичницы. Утром Георгий проснулся. Барахло было разбросано по комнате. Георгий собрал его и сдал в стирку. Вайфай летал со свистом. Горячая вода из крана шла, сцуко, без ограничений.
"Шарман, бля" - произнёс Георгий.
И приготовился к дальнейшему разврату.