Бывший персек крайкома КПРФ Сергей Юрченко: «Выборы только называются демократическими, а проходят они «как надо»»

В 2026 году исполняется ровно 10 лет с момента исторического переворота, который произошел в алтайском крайкоме КПРФ и всерьез изменил политический ландшафт региона. В 2016 году пост персека неожиданно для многих покинул коммунист со стажем Сергей Юрченко - экс-председатель фракции КПРФ в Рубцовском горсовете, депутат Государственной Думы и двух созывов Алтайского Заксобрания. Его отставка случилась на фоне серьезного раскола в местной ячейке, в результате которого к власти пришла молодая и амбициозная Мария Прусакова. Тогда часть сторонников старой команды была вынуждена баллотироваться на выборах от других партий, часть фактически ушла на пенсию, а фракция КПРФ в Алтайском Заксобрании обновилась полностью после раскола. За последние 10 лет турбулентность в стане коммунистов не утихла, а в преддверии выборов 2026 года крайком еще сильнее лихорадит на фоне уголовных преследований партийцев. В беседе с «Банкфаксом» Сергей Юрченко впервые откровенно рассказал о событиях 2016 года, которые во многом перекликаются с нынешними арестами депутатов фракции КПРФ в АКЗС, поделился эмоциями по поводу сдачи партбилета, рассказал, что в свои 78 лет вместе с единомышленниками пытается возродить истинную КПРФ, и дал прогноз на будущую выборную кампанию.

- Сергей Иванович, в этом году исполнилось ровно 10 лет, как вы покинули пост персека крайкома КПРФ. Тогда это решение стало для многих неожиданным, как и назначение на пост Марии Прусаковой, которую тогда все называли «временной фигурой». Причины такого перелома так и остались для многих неясны, хотя вы и говорили, что этому поспособствовали некоторые товарищи. Можете поделиться, почему это случилось?

- Секретари крайкома - проблема не крайкома. Решает эти вопросы президиум ЦК КПРФ - Зюганов и его ближайшее окружение. Там вынашиваются все планы по замене секретарей крайкомов, обкомов и т. д. Что касается моей персоны, разговоров напрямую не было. В крае некоторые товарищи об этом знали, они мне об этом говорили. А вообще когда мне предложили этот пост, я сразу обозначил - на срок, на два не больше. Поскольку у меня уже возраст, я сразу дал понять, чтобы люди понимали, что я туда пошел в силу необходимости, а не потому, что хотел стать первым секретарем крайкома.

Когда мне пригласили в бюро, там была только часть президиума - несколько человек, и Геннадий Андреевич предложил мне написать заявление об освобождении от обязанностей секретаря. Я, как человек с опытом, ответил, что вообще-то не писал заявление о назначении на этот пост. Вы меня назначили, вы и освободите. Мне предлагали продолжить работу в качестве депутата, но я сказал, что заканчиваю работу вообще, и ушел без всяких заявлений. Провели пленум и назначили персеком крайкома Марию Прусакову. Я сразу знал, что толку не будет - говорил об этом и в Москве, и здесь.

- Но в интервью 10-летней давности вы говорили, что сами предложили ее кандидатуру…

- Исходил из того, что Мария Николаевна как исполнитель хороша: подготовка пленумов, бюро, она давно вела эту работу, но было очевидно, что под ее руководством большой работы не будет. Но это теперь проблема президиума и ЦК. Да, я называл ее кандидатуру и еще одного товарища, но решение оставалось за ЦК, потому что я знал ее возможности.

- Вы сохранили партийный билет КПРФ? Все еще считаете себя коммунистом?

- У меня были разногласия с руководством партии по работе внутренней, политической, и я об этом неоднократно заявлял не только коммунистам, но и Геннадию Андреевичу лично. Я сам по себе такой человек. Ранее уходил из администрации города, потому что не считал нужным работать под руководством таких начальников, и здесь я не мог оставаться. Меня бы исключили через полгода-год - какая разница. Поэтому я написал заявление о выходе из партии.

Быть коммунистом - это мое глубокое убеждение. Иметь партбилет - это еще не значит быть им. Для кого-то это необходимость, чтоб стать депутатом какого-то уровня, могут даже платить за это. Но для меня это никогда не было главным, хотя я дважды был депутатом городского Совета Рубцовска и два раза избирался в краевое Заксобрание. Я по профессии учитель истории и обществоведения и всегда стремился помогать людям, независимо от того, где нахожусь. Я и сейчас стараюсь помочь жителям Рубцовска, если есть такая возможность. Для этого необязательно иметь партбилет. Есть немало депутатов, которые избрались и ни разу ничего не сделали, ни разу не выступили на заседаниях. Есть пять человек-говорунчиков, которые постоянно берут слово. А остальные отсиживаются. Такие есть в каждой фракции.

- После ухода с поста первого секретаря вы как будто бы выпали из ротации и перестали быть заметным на политическом поле. Вы с этим согласны? Почему так случилось?

- Я знаю технологии избирательной системы, поэтому при всем желании идти на выборы, даже своими силами, понимаю, что меня никто туда не пропустит. За 35 лет в политике я усвоил, что выборы только называются демократическими, а проходят они «как надо».

- Несколько лет назад от лица лидера комроссов Сергея Малинковича звучало предложение поставить вас во главу союза левых сил. Вы тогда отнеслись к этому скептически. Если бы вам предложили это сегодня, что бы вы ответили?

- Мне делал такое предложение не только Малинкович, но и «Партия пенсионеров», но когда на такие предложения соглашаешься, надо осознавать, что в случае чего они первыми будут говорить, что «Юрченко плохой», «предал те или иные интересы». Я выше всех этих вещей. По своей идеологии, меня так воспитали, я сторонник принципов добра, справедливости, равноправия. А здесь я понимал, что людям поставлена задача найти тех, кто сможет пройти и работать на «Единую Россию». Даже если мне предложат пойти от КПРФ, я никогда не пойду, потому что не готов находиться в подчинении у людей, которых считаю некомпетентными, малограмотными и бесполезными на данном участке работы.

- Чем вы занимаетесь сейчас и что делали последние 10 лет?

- Сейчас я занимаюсь другими вопросами. Есть инициативная группа «За возрождение КПРФ», в которую я вхожу, занимаюсь сбором информации с регионов. Пытаемся все-таки навести порядок и вернуть КПРФ на путь ленинского строительства партии. Мы неоднократно делали обращения к Зюганову лично, к президиуму и ЦК, высказывали мнение о том, что нужно сделать в нынешних условиях. Не может председатель партии коммунистов получать звание «Героя труда» от главного строителя буржуазного общества господина Путина. Инициативная группа представлена во многих регионах: Рязань, Калининград, Новгород, Москва - перечислять можно долго. Это все бывшие секретари крайкомов, обкомов. Мы исходим из того, что нужно изменить принципы внутрипартийной работы и ставить исполнимые цели на определенном этапе. Одна из главных целей - увеличить численность партии, которая за 10 лет сократилась в два с лишним раза. Уже подписи некому собирать, некого ставить членами избирательных комиссий.

- В последние годы вы активно проявляете себя еще и в общественной деятельности, регулярно посещаете заседания горсовета в Рубцовске, отчеты главы города, публично критиковали бывшего мэра Дмитрия Фельдмана. Что изменилось в городе сейчас, после его отставки?

- Наше общество - это система, которая, как часы, состоит из шестеренок. Если одну заменить, механизм работать не будет. Поэтому если заменить одного товарища на другого, система управления в целом не заработает лучше. По-хорошему, когда мы говорим о кадровой политике, люди на такие посты должны готовиться заранее, проработать в той или иной сфере определенный срок. Игорь Башмаков пришел с района, уровень его совершенно другой. Его можно было бы направить в Рубцовск, но пока на уровне заместителя. Он бы поработал, узнал систему, познакомился с людьми. Должна быть подготовка кадров, которая существовала до переворота в СССР. По идее, в городе должен быть план, кто в случае ухода главы, может его заменить.

- Часть депутатов и сотрудников мэрии тоже отнеслись к назначению Игоря Башмакова врио главы города скептически, посчитав, что он не справится с таким сложным муниципалитетом. Насколько я понимаю, вы с этим согласны?

- Я послушал его, пока не хочу говорить о его работе, но пока могу сказать, что уровень не тот - его высказывания, перерезания ленточек, вручения букетов ветеранам, - это не работа главы. Отремонтируй дом, сделай дорогу и покажи - «вот я сделал». А ссылаться на то, что нам поможет губернатор… Он и предыдущему помогал. Ты-то что сделал? У меня больших и радужных дум по его поводу нет. По моему мнению, он не на своем уровне. Я понял бы даже, если бы назначили кого-то из заместителей главы Барнаула. Система управления района, ее цели и задачи совсем не те, что у города. Конечно, не все зависит от главы, но процентов 20 все же зависит. Взять того же Фельдмана, он же ни разу не был в крае с протянутой рукой. В свое время, когда губернатором края был Александр Суриков, а я всего лишь был председателем комитета по соцзащите администрации Рубцовска, мне за четыре года удалось добиться того, что мы сделали комплексный центр соцразвития детей, приют для сирот и организовать получение социальных пособий в режиме одного окна.

Мы ходили и стучались, двери не откроются, если в них не стучать. А сейчас главы сидят и ждут, когда им дадут денег, а потом Минфин края говорит: «А нам никаких заявок и просьб не поступало». Чего ты, как глава, сидишь? Потому что вовремя получаем свои 250 тысяч в месяц, и больше ничего не надо. У нас сегодня вертикаль такая: губернатор дал распоряжение, а делать - никто не делает.

- То есть Рубцовску уже не выйти из кризиса?

- Мы переживем этот период, проблемы в России были всегда, а сейчас их особенно много. Единственное, чего я боюсь, чтобы с Россией не случилось то, что стало с Советским Союзом, вот что страшно.

- Не могу не спросить, как вы оцениваете последние события, которые разворачиваются в алтайском крайкоме КПРФ, связанные с уголовными делами о мошенничестве с зарплатами помощников?

- Народная мудрость говорит: от сумы и от тюрьмы не уйдешь. Есть и другая - закон что дышло, куда повернешь, туда и вышло. И есть третий момент, не менее важный, - это три участника процесса, в котором сейчас оказался крайком: подозреваемый, прокурор и суд. Решение будет выносить суд, если оно вдруг окажется необъективным, должен подключиться опытный адвокат, который сможет найти зацепки и доказать обратное.

Не надо сейчас представлять, что ситуация сложилась из-за выборов. Получилось то, что получилось. Выборы в стране каждый год, и каждый год правоохранительная система сажает людей. Здесь палка о двух концах. Если коммунисты виноваты, суд разберется и вынесет решение. Последний пример - Сергей Матасов (бывший депутат АКЗС от партии «Коммунисты России», прим. ред. «Банкфакса»), аналогичный случай, ему назначили четыре года условно. У меня нет сомнений, что в случае с КПРФ суд будет принимать какие-то другие решения.

Было ли что-то не так? Наверно, было. Я могу себе представить, что деньги тратились не по назначению, потому что был секретарем крайкома. Мы тоже собирали деньги. В инструкциях ЦК КПРФ заложена норма о том, что если коммунист получает зарплату выше, чем средняя по региону, оставшуюся часть он должен отдавать в кассу. Эта сумма ставится на учет, а расходы проверяет контрольно-ревизионная комиссия. Тратиться эти деньги должны на работу парторганизации. Я, будучи депутатом Госдумы, сначала ежемесячно платил по 80 тысяч, потом по 100 тысяч рублей в фонд партии.

- Помимо арестов депутатов АКЗС циркулирует информация и о том, что финансовая деятельность персека Прусаковой может оказаться в поле зрения правоохранительных органов. Связано это якобы с тем, что она могла иметь доход от «бюджетных» депутатов АКЗС, которые будто бы передавали ей часть зарплаты в благодарность за должность. На ваш взгляд, такой подход к распределению финансов в крайкоме мог иметь место?

- Всегда виноват руководитель. Конечно, без Марии Николаевны это не могло обойтись. Конечно, она была в курсе, если не была вдохновителем и организатором. Раз уж товарищи, которые были привлечены следствием, дали согласие о сотрудничестве, они расскажут - кто, зачем и почему. Суд разберется, кто мошенник, а кто нет. Но я буду винить не их, и даже не Марию Николаевну. Заксобрание принимало порядок оплаты помощников депутатов. Почему они создали такую лазейку, при которой деньги можно использовать так или этак? Одни будут говорить: «Они украли», а другие скажут: «А вы куда смотрели?».

Заксобрание определяет и порядок работы помощников, но почему в парламентском центре или где-то еще не могут выделить кабинеты для помощников? Создайте им условия для работы, выделите телефон. Проще сказать: «Плохо поступили, нарушили закон». Но на этом не должно все закончиться. Сейчас приняли закон о запрете работать помощниками депутатов родственникам, но мы видим и на федеральном уровне сплошь и рядом, что это активно практикуется - работать семьей в одной системе. Будут не родственники, так другие приближенные, которые будут отдавать процентов 30. Главный вопрос не в этом, а в организации работы. А если четкого понимания в этом вопросе нет, то ответственность должны понести те, кто принимал эти решения.

- На ваш взгляд, эта ситуация сыграет на руку коммунистам на грядущих выборах, поскольку сработает принцип, что гонимых любят больше, или участие в сомнительных схемах, да еще и в таких количествах, оттолкнут от партии колеблющийся электорат и не позволят коммунистам нарастить свой рейтинг?

- Эта ситуация частично работает на КПРФ, частично - на «Единую Россию», в минус могут уйти и те, и другие. Люди сегодня голосуют либо за идеологию, либо за товарища, которого они знают. А результаты на выборах всегда можно нарисовать, я в этом даже не сомневаюсь.

- Можете ли вы провести параллель между этими событиями в крайкоме и ситуацией с партийной квартирой в 2016 году, которую как тогда утверждали, вы купили за партийные деньги? Это такие рабочие рычаги давления или очевидные предвыборные технологии?

- Это политтехнологии. Ребята в этой отрасли работают грамотные. В Рубцовске тоже есть такие операторы, которым перед выборами давали задание - сфотографировать, где живет Юрченко. Приехали они, а у меня «Жигули» и одноэтажный обычный частный дом. Снимать-то нечего. Тогда придумали эту квартиру. Но что значит, Юрченко взял на нее из кассы деньги? Я копейки оттуда не мог взять, не то что купить квартиру. Но надо было что-то на меня найти - нашли. И многие же клюнули тогда на это. Потом говорили, что я в Москве жить остался. Некоторые встречают меня здесь и смеются: «Ну, как там, Сергей Иванович, в Москве?». Если кому-то очень нужно, найдут что угодно, причем в этом моменте разницы нет - про коммунистов или про единороссов.

- Как вы оцениваете результат выборов 21-го года, когда коммунистам удалось взять такое большое количество мандатов в краевом Заксобрании и набрать едва ли не самую крупную фракцию КПРФ в региональных парламентах? Что этому способствовало, на ваш взгляд?

- Первый момент - расслабилась «Единая Россия». А второе - работа, которая проводилась крайкомом в период моего руководства, это тоже сыграло роль.

- А как вы считаете, почему до конца созыва фракции не удалось удержаться в том же составе?

- Это не я сказал, я только повторю: ситуация, которая сложилась вокруг тех пяти человек, повлияла на кадровую работу в краевой партийной организации, по принципу: я начальник, ты дурак. Собрать деньги, чтоб потом отчитаться. Деньги - зло, и чем их больше, тем больше хочется.

- Можете ли вы дать прогноз, каковы шансы КПРФ в нынешней выборной кампании АКЗС и в Госдуму? Сколько мандатов удастся взять? Повторят ли успех выборов 2021 года?

- По округу в Госдуму мандат не возьмут точно, даже сомнений в этом нет. Не зря убрали протестный Рубцовский округ, где у людей в генах рабочий класс, город всегда был промышленным. А по списку, я полагаю, Зюганов должен договориться хотя бы на один мандат. А в АКЗС, я думаю, им оставят места 3-4 по округам. Конечно, сегодня многие не пойдут на выборы от «Единой России», особенно те, кто ведут бизнес, в том числе и те, кто уже был в АКЗС, например, Сергей Приб. Но в целом единороссы будут в этой кампании более обдуманно подходить к кандидатам, чтоб не допустить ситуации 2021 года. А в КПРФ сегодня нет ни сил, ни средств, чтоб бороться.

- Вы будете пробовать свои силы?

- Если бы выборы были демократичными, можно было пойти и самостоятельно, без поддержки партии. Но этого мы не видим. Второй момент - мой возраст, хоть здоровье еще позволяет, но все же возраст берет свое. Мои избиратели мне скажут: «Лучше побереги свое здоровье».

- Если бы сегодня карты сложились так, что вам предложили снова возглавить крайком, вы бы согласились?

- Не пойду. Есть руководство партии, которое не воспринимает те изменения, которые наша инициативная группа предлагает внести. Зачем мне быть персеком крайкома партии, руководство которой делает все, чтобы сохраниться, а не выступать против нынешнего режима и нынешней власти? Мне с ними не по дороге.

Беседовала Катерина Михеева