Театр Луначарского на паузе: большой ремонт, большие деньги и большой вопрос к срокам

На его ремонтно‑реставрационные работы с приспособлением для современного использования запланировано 1,89 млрд рублей федеральных средств, разбитых на три года: 971,9 млн рублей на 2026 год, 546,6 млн рублей на 2027‑й и 358 млн рублей на 2028‑й. Заказчиком определена «Единая дирекция капитального строительства» Севастополя, и именно 2026‑й обозначен как стартовый год для основных строительных и монтажных работ.

Однако история с Луначарским устроена сложнее, чем простое объявление суммы.

Первый контракт на проектирование и реставрацию театра подписали ещё в декабре 2021 года с московской компанией «Смартстрой» почти на 1,98 млрд рублей, завершение работ планировалось до конца 2025 года. К началу 2025‑го подрядчик не представил даже готовый проект, фактическая стройка так и не началась, контракт был расторгнут. После этого власти несколько раз подтвердили публично, что от реставрации не отказались, и к середине–концу 2025 года в документах уже появилась новая трёхлетняя бюджетная раскладка почти на те же деньги, но с привязкой к 2026–2028 годам.

В результате сегодня вырисовываются три опорные точки.

Первая – политическая: Луначарский закреплён как приоритетный объект в федеральной повестке и госпрограмме, что защищает финансирование на ближайшие годы.

Вторая – финансовая: основная нагрузка по затратам приходится на 2026 год, затем объём средств сокращается к 2027‑му и ещё заметнее к 2028‑му, что типично для проектов, где сначала выполняются самые объёмные строительные и инженерные работы, а под конец остаются отделка, пусконаладка и оснащение.

Третья – институциональная: заказчиком снова выступает ЕДКС, та же структура, которая вела и расторгнутый контракт с «Смартстроем». Это даёт как плюсы в виде накопленного опыта взаимодействия с театром и федеральным центром, так и понятный риск повторения организационных сбоев.

Содержательно будущие работы опираются на ту же концепцию, что обсуждалась с самого начала: комплексная реставрация здания с сохранением исторического облика и глубоким обновлением внутренних систем и сценического комплекса.

Театр Луначарского – объект культурного наследия с площадью около 8,3 тыс. квадратных метров и высотой почти 32 метра, и без полной ревизии инженерии и сценического хозяйства он уже не соответствует современным требованиям безопасности и функциональности.

Первый крупный блок – полное обновление инженерной инфраструктуры. В проект модернизации закладывали ремонт или замену систем вентиляции, отопления, водоснабжения, канализации, электроснабжения, связи и доступа в интернет, а также установку современной системы противопожарной безопасности. Для старого здания это не косметика, а фактическая «замена внутренних органов»: без этого невозможны ни полноценная эксплуатация, ни соответствие актуальным нормам.​

Второй блок – сценический комплекс. В большом зале планируют создать системы видеопроекции, звукоусиления и постановочного освещения с компьютерным управлением, полностью обновить механическое оборудование сцены.

Проект предусматривает установку подъемных и раздвижных механизмов для занавеса, задника, кулис и декораций, софитных подъёмов и световых башен с электроприводом, а также поворотного круга диаметром 13 метров, двух люков и грузового лифта для доставки декораций со складов.

Управляться этим хозяйством должна автоматизированная система, что выводит театр на уровень технологических стандартов современных федеральных площадок. Для малой сцены оборудование планировали подбирать отдельно совместно с театром, чтобы учесть специфику камерного репертуара.​

Третий блок касается внутренних пространств и функциональной логистики. В обсуждениях реставрации речь шла о полной замене внутренних коммуникаций, полов и потолков, а также о перераспределении внутреннего пространства под новые задачи. Планируется создание дополнительных репетиционных залов, размещение хореографического класса, модернизация системы хранения декораций, обновление помещений для бутафорского и костюмерного цехов. Для труппы это шанс избавиться от хронических «узких мест» – тесных цехов, сложной логистики декораций, дефицита пространств для репетиций и подготовки.

Четвёртый блок – фасады и доступность. Театр должен пройти реставрацию фасадов с сохранением уникального исторического облика – это принципиальное требование к объекту культурного наследия, подчёркиваемое и при первых планах реконструкции, и в более поздних обсуждениях. Параллельно проект предусматривает адаптацию здания для маломобильных зрителей: установку пандусов, лифтов и других элементов доступной среды, так чтобы обеспечить доступ к основным зонам театра, не разрушая знаковый внешний вид.

Отдельная, менее заметная для публики, но критически важная часть – научно‑реставрационная документация и экспертизы.

Перед стартом стройки проект должен пройти согласование в органе по охране наследия («Севнаследие») и государственную экспертизу. Именно затяжки на этом этапе стали одной из причин, по которым первый контракт так и не дошёл до реальных работ: стоимость и состав реставрационных мероприятий пересматривались, а согласования затягивались. Сейчас набор задач – сохранение фасадов, обновление инженерии, модернизация сцены и внутренней логистики – сохраняется, но переносится в новый трёхлетний цикл 2026–2028 годов.

Если взглянуть на сроки и динамику финансирования, можно предположить, как именно будут развиваться события.

В 2026 году, на который приходится почти миллиард рублей, логично ожидать самое тяжёлое для театра и города окно: подготовка площадки, демонтаж устаревших систем, замена инженерных сетей, усиление несущих конструкций, основной объем строительно‑монтажных работ внутри здания.

В 2027‑м при меньшем, но всё ещё крупном финансировании вероятно продолжение внутренней реконструкции, монтаж сценического оборудования, инженерных систем и репетиционных пространств.

К 2028 году, когда объём средств наиболее скромен, можно ожидать переход к финишной отделке, наладке техники, фасадным и благоустроительным работам. Это логическая модель, основанная на структуре бюджета и прежних планах: детальный новый календарь работ пока не опубликован, что оставляет пространство для сдвигов.

Для театра и зрителей это означает несколько лет жизни в режиме временных решений. Труппа уже давно существует с пониманием неизбежного капитального ремонта. Теперь это совпадает по времени с выходом на завершающую стадию строительства театра оперы и балета, который планируют завершить к лету 2026 года.

В идеале новая площадка позволит принять на себя часть крупных событий, фестивалей и гастролей, пока Луначарский закрыт или ограничен по эксплуатации. На практике многое будет зависеть от того, насколько чётко город выстроит координацию между строителями, театром и репертуарной политикой. Проблема не только в том, где играть, но и в том, как сохранить аудиторию в период, когда любимый зал закрыт и привычные маршруты зрителей нарушены.​

Главный риск нового трёхлетнего цикла очевиден: повторение сценария срыва сроков.

История реставрации Луначарского тянется как минимум с 2017 года, в разных конфигурациях запускалась в 2019‑м, 2020‑м, затем в связке 2022–2025 годов, и каждый раз реальные сроки уходили вправо. У города есть второй шанс, подкреплённый федеральными деньгами и политическим решением, но практически отсутствует запас доверия к очередным обещаниям по датам. Любой новый провал в проектировании, экспертизе или управлении контрактом автоматически превращает театр в символ административной несостоятельности и лишает Севастополь модернизированной сцены ещё на годы.

Сильная сторона нынешней конфигурации в том, что задуманный объём работ и ресурсов действительно позволяет вывести театр на качественно иной уровень. Комплексное обновление инженерных сетей, полная модернизация сценического оборудования, переустройство внутренних помещений под современные функциональные требования, реставрация фасадов и создание доступной среды – это по масштабу и глубине не латание дыр, а реальная реконструкция театра как современного культурного института.

Слабая сторона – управленческая. Одних денег и правильной концепции недостаточно: без жёсткого контроля сроков, прозрачного выбора подрядчика и последовательного прохождения реставрационных согласований проект легко снова может застрять между эскизами и судебными разбирательствами. Предыдущий опыт с «Смартстроем» показывает, что сочетание амбициозной задачи и слабого контрактного управления приводит не к большой стройке, а к большому паузу.

Вывод из этой истории можно сформулировать достаточно прямо.

Для театра Луначарского на 2026–2028 годы сложился жёсткий, но пока рамочный план: почти 1,9 млрд рублей на трёхлетнюю ремонтно‑реставрационную кампанию с 2026 года, с приоритетом на инженерные системы и сцену в первые два года и доводкой к 2028‑му.

По содержанию это шанс превратить исторический драмтеатр в технологически современную площадку, сохранив его знаковый облик и улучшив условия работы труппы. По рискам – экзамен для городской системы управления стройками и наследием.

Если в ближайшие месяцы будет заключён новый контракт и его удастся провести без повторения провалов 2021–2025 годов, к концу десятилетия Севастополь действительно может получить обновлённый главный театр. Если нет, Луначарский рискует окончательно закрепиться в сознании горожан не как символ культурной жизни, а как памятник затянувшимся обещаниям.

Материалы по теме:

Севастопольский туристический фактор 2025 года

«Театр без границ». Севастопольский театр становится ещё более доступным

От вина к тропам: как в Севастополе ориентируют гостей на маршрутах?

Капитальный ремонт идентичности: зачем Крыму 17 обновлённых домов культуры