Академик Арбатов: “Через 10 лет у нас вместо девяти может быть 20 государств с ядерным оружием”
США возвращаются к ядерным испытаниям после 30-летней паузы
Во вторник, 17 февраля, помощник госсекретаря США Кристофер Йо объявил, что США нарушают 30-летнюю паузу и возвращаются к испытаниям ядерного оружия, но лишь только потому, что такие самоограничения якобы не соблюдают РФ и КНР. Ранее, 6 февраля, примерно то же самое уже говорил другой представитель Госдепа, Томас Динанно. Нельзя сказать, что ничего такого американцами не говорилось и прежде, однако для одного месяца этого было, наверно, многовато.
тестовый баннер под заглавное изображение
Учитывая, что в начале февраля президент Дональд Трамп без всякого сожаления попрощался с договором СНВ-3 (о сокращении стратегических наступательных вооружений), настойчивые напоминания о нежелании США связывать себя уже и положениями Договора о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний выглядели откровенной демонстрацией.
Характерно, что Динанно сопровождал все это такими комментариями: «Мы надеемся на диалог, который будет способствовать реализации мечты президента Трампа на мир с меньшим количеством ядерного оружия. Сегодня мы не можем мириться с ядерными испытаниями других государств, которые ставят нас в невыносимо невыгодное положение».
Эксперты и СМИ, изучая очередной раз одни и те же заявления, очередной раз убедились в том, что обвинения в адрес КНР откровенная липа. А с российскими грехами было еще проще: как и когда были совершены вымышленные нарушения, даже не сообщали.
Впрочем, февраль был отмечен не только заявлениями госдеповцев, но и публикацией данных Федерации американских ученых и Национального агентства по ядерной безопасности (NNSA). Из них следует, что США проводят масштабную модернизацию всего ядерного арсенала и в предстоящие годы сосредоточатся на реализации пяти ключевых программ по модернизации ядерных бомб, боеголовок для межконтинентальных баллистических ракет, крылатых ракет, а также займутся созданием совершенно новой термоядерной боеголовки. И возможно, ученые рассказали еще не все.
О возможных причинах повышенной активности госдеповцев и содержании диалога, к которому они призывают, «МК» спросил у у директора Центра международной безопасности ИМЭМО РАН Алексея Арбатов
— К чему эти реверансы, лукавые призывы к диалогу, если решение, похоже, уже фактически принято?
— Ну, решение, я не знаю, принято или нет, но это серьёзное решение, потому что Договор о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний — это один из двух многосторонних, фундаментальных договоров по контролю над ядерным оружием. Сейчас, когда истёк срок последнего договора по стратегическим вооружениям, вот остаются два этих фундаментальных договора, которые пока ещё худо-бедно удерживают всю конструкцию контроля над ядерным оружием.
Трамп ещё в первую свою каденцию поставил вопрос о том, что этот договор не обязательно соблюдать и надо бы его как-то скорректировать, или даже угрожал из него выйти тогда, в восемнадцатом году. И сейчас, вернувшись, он снова поднял этот вопрос. Предлог — испытания, которые недавно якобы провёл Китай. Якобы они были зафиксированы.
Но здесь, конечно, концы с концами не сходятся, потому что Организация договора о запрещении ядерных испытаний, а в Гааге есть такая организация, она функционирует, контролирует десятки сейсмических станций по всему миру, она не подтвердила получение таких сигналов. И её руководитель Роберт Флойд не подтвердил этого. Поэтому заявление об испытаниях сразу же ставится под сомнение.
Второй момент. Можно было бы поехать на место и проверить, были испытания, или нет, есть какой-то радиоактивный след или нет. Но это нельзя сделать, пока не вступил в полную законную силу Договор о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний. Он не ратифицирован девятью государствами, без которых он с 1996 года, то есть уже 30 лет не может полностью вступить в силу. Его не ратифицировали США.
Россия в 2000 году ратифицировала, Франция ратифицировала, Великобритания ратифицировала. Соединённые Штаты вставили в этот договор заглушку и подвесили его. Так вы ратифицируйте, тогда можно будет тут же поехать на место и всё выяснить и уточнить. И никто не посмел бы в таких условиях какие-то тайные испытания в подземных полостях проводить. А получается так: сами его заблокировали, а теперь сами же обвиняют других в нарушениях, которые не проверяются тем способом, который допускал бы договор, если бы он действовал в полную силу.
Почему сегодня занята такая позиция? Потому что на Трампа оказывают сильное давление со стороны ядерного комплекса, военно-промышленного комплекса, чтобы возобновить испытания, испытывать новые типы боеприпасов и проверять существующие. Для проверки существующих у них разработана мощная компьютерная система, но они хотят ещё и новые испытывать, и считают, что компьютерная система проверки тут недостаточна.
На Трампа давят, он поддаётся этому давлению, а его фактически вводят в заблуждение те, кто в этом заинтересован. Сваливая на других якобы существующие нарушения этого договора. И сейчас вместо того, чтобы просто взять и денонсировать договор и выйти, начинаются поиски всяких предлогов реальных или мнимых. Потому что, не продлив договор СНВ-3, теперь ещё и этот договор разрушить накануне обзорной конференции по нераспространению ядерного оружия, которая начнётся в апреле, это, наверное, даже для Трампа было бы чересчур.
Вот отсюда и манёвры.
— Я собирался спросить, нужен ли вообще Трампу механизм контроля, который бы еще и на США распространялся, но, в общем, ясно…
— Трамп, как и многие, к сожалению, не только в Америке, но и в других странах, считает: «Ну, раз есть ядерное оружие, надо его испытывать»
Это такая поверхностная логика. Падки на такие упрощения люди, которые имеют корыстный интерес, чтобы этот договор разрушить. Или такие, которые просто примитивно к этому подходят, не понимая, что если возобновятся испытания, это будут испытания не только у тех, кто сейчас хочет испытывать. Начнут испытывать и многие другие страны. У нас девять ядерных держав существует, они все начнут испытывать ядерное оружие. Как они будут его испытывать, уже будет им решать. Кто-то под землёй, а кто-то будет и в атмосфере или под водой. У нас опять начнётся история пятидесятых годов, когда совершенно серьёзно встала проблема радиоактивного заражения земной экосферы. Во-вторых, государства, которые сейчас являются членами Договора о нераспространении и не имеют ядерного оружия, тогда скажут, что они тоже хотят его создавать.
Раз все ядерные державы продолжают его совершенствовать и для этого испытывать, то почему всем остальным нельзя? Значит, государства начнут выходить из договора о нераспространении ядерного оружия, чтобы начать проводить испытания. Ведь находясь в этом договоре, они делать этого не могут.
Выйдя из договора, неядерные государства смогут присоединиться к клубу ядерных держав. И у нас через 10 лет вместо девяти будет 20 таких государств, через 20 лет вместо 20-ти будет 30 и так далее, по всему земному шару, в том числе и вблизи от наших границ. Выиграв какие-то технические моменты, связанные с испытанием новых боеприпасов, мы потеряем в безопасности все, и потеряем очень серьёзно.
— А какие именно программы перевооружения США, таким вот образом, пытаются освободить от контроля?
— У американцев все это достаточно открыто. Это другие страны скрывают. Во-первых, они поручили своим ядерным центрам возобновить производство ядерных боеприпасов и довести его до восьмидесяти единиц в год (сейчас у них меньше двадцати). Они хотят переоснащать свои стратегические ядерные силы на новые боеголовки. А в части совершенно новых типов ядерных боеголовок у них есть план создать боеголовку W93 для ракет Trident, которые будут развёрнуты на новых подводных лодках класса Columbia.