Врачи давали однозначные прогнозы, а общество готовилось жалеть «несчастную мать». Но сценарий пошел не по плану. Вместо затворничества и стыда — глянцевые обложки, вместо спецшколы для изгоев — сцена Кремля. Эвелине Бледанс удалось совершить невозможное: превратить диагноз сына в личный бренд. Однако за красивой картинкой скрывается жесткий прагматизм и тяжелый труд, о котором обычно молчат.
