Телевидение девяностых напоминало дикий рынок: здесь продавали эмоции, торговали лицами и создавали кумиров за одну ночь. Миллионы зрителей жили их жизнями, пока в стране рушился старый уклад. Но эфирное время — ресурс исчерпаемый. Когда софиты погасли, короли прайм-тайма оказались в реальности, где их узнаваемость больше не конвертировалась в рейтинги. Кто-то сумел перестроиться, а кто-то навсегда остался заложником своего экранного образа.
