Кантар на пленке
Фотограф Бауыржан Сабит снимает на пленку. Именно пленочный аппарат был с ним в дни Январских событий, которые он зафиксировал в Алматы. После Қаңтара фотограф запустил проект о его жертвах. «Власть» поговорила с ним о том, как он продолжает переживать Қаңтар через свои снимки.
Сабит начал снимать происходящее в ночь с 3 на 4 января.
«Как фотограф я не мог не выйти. Мне кажется, любой документальный фотограф должен запечатлеть такой исторический момент», — говорит он.
В ту ночь Сабит приехал на пересечение проспекта Абая и улицы Байтурсынова, где люди шли маршем. Он вспоминает, что поначалу опасности не чувствовалось, однако, когда ситуация начала накаляться, стали пускать слезоточивый газ и стрелять резиновыми пулями, то люди начали косо смотреть на камеру.
«Чем хуже становилась ситуация, тем агрессивнее вели себя люди. Были и те, кто не хотел, чтобы их снимали. Я уверен, что это был какой-то криминалитет, который, так скажем, очернил Қаңтар и мирный протест», — считает фотограф.
По его словам, ему удалось незаметно снять многие кадры благодаря тому, что камера была небольшой и легко помещалась в карман пуховика.
На кадрах можно увидеть разбитую «Газель», которая поворачивала с улицы Желтоксан на Абая. По словам Сабита, самый запоминающийся момент был связан именно с ней.
«Мне кажется, полицейский, который был за рулем, решил, что все митингующие находятся на площади, и выехал прямо в толпу, которая шла по улице. В итоге он застрял. Поначалу люди окружили машину и начали бить ее, но в основном многие призывали к спокойствию», — вспоминает он.
В конце полицейскому предложили гражданскую одежду и вывели в безопасное место.
Сабит снимал на пленочный фотоаппарат, на пленке которого было всего 36 кадров. «Снимки не очень-то и хорошие на самом деле, они спонтанные по большей части», - считает он.
Когда начали использовать слезоточивый газ, Сабит добежал до друзей, которые жили рядом. Там он застрял на неделю, а в последующие дни снимал последствия событий. Он также вспоминает очереди в единственный открытый тогда в районе магазин «Мерей».
После Январских событий Бауыржан Сабит вместе со своим другом, активистом движения Oyan, Qazaqstan! Бейбарысом Толымбеком создали проект «20 000» - отсылка к заявлению президента о «нападении на город 20 тысяч террористов».
«Начал разговаривать с жертвами, родственниками жертв и участников. Мы ездили по городу, поехали в область», – рассказывает фотограф.
Пока собраны истории 11 человек. Проект создавали за собственный счет, и пока он заморожен из-за нехватки ресурсов.
Ермек Абдрешев, пострадавший. Из проекта «20 000»
«Истории, которые нам рассказывали, обычно не звучат в официальных данных. Это в том числе и свидетельства о пытках во время Кантара и после него. Думаю, что проект нужно продолжать делать и, надеюсь у меня будут ресурсы для этого», – говорит Сабит.
По словам фотографа, официальной рефлексии после Қаңтарa не было. Поэтому он, как человек, занимающийся фотографией, пытается сам рефлексировать с помощью снимков. Это помогает ему пережить те события.
По его словам, Қаңтар - это рана, которая кровоточит до сих пор.
Очень обидно, что спустя уже четыре года это так и не обсуждалось. Хотя прошло столько времени, ощущение будто это было вчера. Для меня это событие стоит особняком в жизни.«Казахстан до Қаңтара и после — совсем другой. До Қаңтара как-то можно было мириться [с ситуацией]… тогда ещё были мирные митинги. А после — люди устали и не хотят снова погибать, особенно за то, чтобы всё опять забыли, чтобы родственников снова преследовали», — подытожил он.