Есть такие дни, когда человек, подходя к самому краю, стоит не над событием, а над собой, ощущая, как внутри всё собирается в одну тонкую точку. Почти решаясь шагнуть наружу, он одновременно понимает: сделав это, он станет видимым не как нормальный , удобный и социально пригодный , а как живой. И от этой мысли, поднимая голову, становится не торжественно, а страшно.Это почти никогда не про героизм, оставаясь гораздо ближе к простой потребности наконец перестать прятаться. Хочется выйти из собственного шкафа, оголяя нервы, говоря вслух то, что обычно прячется за правильными фразами, показывая: внутри не порядок, а чемодан тревог, желаний, стыда, нежности и злости. Но, делая вдох, человек сталкивается с дрожью: быть замеченным может оказаться тяжелее, чем быть незаметным. Замеченность несёт риск, и, приближаясь к нему, появляется целый хор сомнений: не выдержат ли, не отвернутся ли, не посчитают ли лишним, не назовут ли слишком , не выставят ли нелепым. Теряя иллюзию контроля, человек начинает ...
